Заключительный выпуск по Стругацким посвящен тому, что писатели сказали насчет будущего этой страны. Большая часть произведений этого рода была написана уже в 80-ые: уже стало ясно, что коммунизма не будет. Сейчас интересно подумать над тем, что из прогнозов сбылось. Произведения в выпуске: "Град обреченый", "Гадкие лебеди", "Отягощенные злом", "Жиды города Питера".

После первых запусков людей в космос перед культурой встал вопрос: как осмыслить новые отношения со вселенной? Путь Стругацких здесь, как и во многих других направления творчества - переход от оптимизма к депрессии. В этом выпуске мы поговорим о том, что пугало АБС в темных глубинах космоса.

Разговариваем с Владом Медведским, мои большим другом и создателем музея "Парадная Буковецкого"! "Парадная" работает в бывшей квартире известного одесского художника, где жил перед эмиграцией Бунин. Увлекательная история про настоящий энтузиазм и вдохновенную работу!

Как "мещанство" стало главным врагом советской творческой интеллигенции? Почему фигура благополучного буржуа встала на пути социального прогресса? Говорим о "Хищных вещах века" и "Трудно быть богом" в творчестве Стругацких.

Для Стругацких в конце 60-ых мечта о "Мире Полудня" сменяется ужасом от "Мира Застоя". Мы поговорим о том, как читать "Сказку о Тройке" - жуткое продолжение "Понедельника", программная декларация писателей насчет застоя.

В этот раз мы поговорим о том, с чего начиналось творчество Стругацких, как они стали главными авторами научно-технической интеллигенции и почему безобидная, на первый взгляд, научная фантастика стала поперек горла советской цензуре.

Почему Стругацкие, родившиеся почти 100 лет назад, так нужны современной культуре?

Всматриваясь в лагерную прозу Шаламова, возникает вопрос - как нам с этим жить? Как воспринимать этот жуткий пласт истории?

В чем новаторство художественного метода Шаламова? Как он собирался переделать прозу на русском языке? Об этом поговорим сегодня.

Проза Шаламова погружает читателя в потустороннюю вселенную с вывернутыми наизнанку законами и физики, и человеческих отношений. Скорее царство Аида или Хельхайм, а не христианский Ад. Чем населяет этот мир автор? Какими красками он его рисует? Об этом речь в новом выпуске.