"Когда мисс Эмили Грирсон умерла, на похороны явился весь город, мужчины по старой памяти - принести дань уважения, так сказать, рухнувшему монументу, а женщины больше из любопытства - заглянуть внутрь дома, в котором лет по крайней мере десять никто не бывал, кроме старого слуги-садовника, он же повар. Дом был большой, прямоугольный, на бревенчатом каркасе…"